chudishko

– Можно подумать, я сам решаю, кто убийца!
– А то нет! Ваня, не смеши меня! Найди какого-нибудь бомжа и повесь на него это убийство

– Ну хоть что-то ты можешь вспомнить?
– Что я могу вспомнить, если вспоминать нечего? Одет обычно в свитер и джинсы, очки темные носит. Выдвинув ящики комода и перерыв плательный шкаф, Лиза на минуту остановилась. Большой бизнес, Евгения Максимовна, зависит от мелочей!
– Но я должна, наверное, сопровождать вас? – предположила я. Там уже звучала музыка – бархатный шепчущий джаз, который так приятно слушать под плеск волн.
Бывший танкист-срочник, как сообщалось в других изданиях, якобы служил и в спецназе ГРУ и стоял во главе мощной «бригады» (конечно – шадринской). Хотя и мотив довольно правдоподобный.
«Ну и пусть думает, что я склочница, теперь уже все равно!» – подумала Серафима и достала сигареты. – Ты боишься, что. – Правда, я его понимаю – у Лени тяжелая работа. Но все они окончились неутешительно.
А мне не спалось. Чертовски неприятная ситуация, не правда ли? Надеюсь, произошедшее не повлияет на будущих покупателей. Чтобы не быть замеченным, отошел в сторону, напряженно вглядываясь вперед. – Хотя эти письма мог состряпать кто угодно, в том числе и ты сам. Обрати внимание: в сторону дедушкиного дома так и зыркает!
На всякий случай девушка отошла за разросшиеся заросли каких-то колючек и потянула за собой Ника. Мы сняли ему небольшую квартиру недалеко от центра, он моментально всю ее завалил техникой – разными штуками для компьютера – и иногда целые сутки не отходил от монитора. Таким образом, вы получите рекомендации сразу двух юристов. Если здесь и была обслуга, то на время гостевания столичного гостя ее удалили.
– А то! Одной черешни уже вагон съел.
Рука потянулась к газете.
Заглянувший в офис частного детектива и бывшего сослуживца майор Рыков являл собой полную противоположность сочащемуся оптимизмом Шерлоку Холмсу. – Я хотела сказать тебе. По этой части она была профессором.
Синявин аж присвистнул от несуразности прозвучавшей цифры.
По своей наивности, Антонина полагала, что мать воспримет новость с радостью. Как вы сами считаете – кто это может быть?
Присутствующие передернули плечами. – Он же едва не размозжил Серебровой голову.. Ты меня не понял, Геннадий Владимирович.

Lexus — подразделение компании Toyota, выпускающее модели класса «люкс» для рынка США и Европы (естественно, с левым рулём). Само слово "lexus" по своему звучанию сходно со словом «люкс». Именно этим словом и его производными — «люксовый», «автомобиль класса люкс» и так далее — описывается вся история компании. В этом нет ничего удивительного, ибо изначальной целью создания компании Lexus и был выпуск престижных автомобилей, дорогих, роскошных, красивых.
Нельзя сказать, что эта идея была так уж нова и оригинальна, ведь на момент создания компании, а точнее, зарождения самой её концепции, этот сегмент автомобильного рынка был уже давно и прочно обжит известными европейскими и американскими марками, такими, как BMW, Mercedes-Benz, Jaguar.

Впрочем, японцев это не смутило — в августе 1983 года на секретном совещании совета директоров корпорации Toyota председатель совета Эйдзи Тойода (Eiji Toyoda) озвучил идею, которую можно было вкратце описать так: «бросить вызов лучшим автомобилям мира». К этому моменту Toyota уже прочно стояла на ногах как всемирно известный производитель надёжных, недорогих, качественных автомобилей, популярность и массовость которых не нужно было доказывать.

c5fce23cdfd928b0136bd3df2efc3b00
Но с роскошью и престижем этот уже прочно сложившийся имидж не вязался; поэтому Toyota решила покорять выбранный сектор автомобильного рынка с новой маркой. Такой маркой и стал Lexus.

Впрочем, от рождения идеи до её окончательной реализации прошло несколько лет; решив развивать новое направление, японцы подошли ко всему обстоятельно и скрупулезно. Сначала была создана группа из 1400 дизайнеров и инженеров, перед которыми была поставлена задача: создать люксовый автомобиль, приносящий наибольшее удовольствие от вождения; он должен превосходить лучшие автомобили Европы и при этом стоить дешевле.

Воплощать эти требования в жизнь призван был проект F1. F1 расшифровывалось так: F — flagship, то есть, флагман, а цифра 1 означала люксовый седан наивысшего порядка, первый среди себе подобных. Главными инженерами проекта были Сёидзи Дзимбо (Shoiji Jimbo) и Итиро Судзуки (Ichiro Suzuki), а сама его разработка началась в 1984 году. Через год, в мае 1985 года, разработчики отправились на своеобразную «разведку» в Штаты. Ведь именно для американского рынка и создавался первый автомобиль Lexus, который — забегая вперед, — получился совершенно не похожим на все остальные продукты японского автопрома.

прячутся древние страхи и чаяния, живущие чуть ли не в каждой душе. Если взывать
не к разуму и совести, а к этим
чувствам, людей можно заставить что-то желать или, наоборот, избегать. И он
решил стать легендой. Сначала это было
легко... Он творил чудеса, иногда смешные, иногда страшные, его слова,
обращенные к его последователям, стали
путаными и неясными, зато теперь они разлетались со скоростью зимней
лихорадки<Заразная болезнь, вспыхивающая в
конце зимы.>.
Проклятия Церкви с новой силой обрушились на его сторонников, но это лишь
подливало масла в огонь. Все шло к
тому, что в один прекрасный день он откроется людям как святой Эрасти. Он даже
придумал, как это сделать, и все
подготовил. Но тут к нему провели женщину, которая утверждала, что знает его. В
первые мгновения он ее не узнал. Она
была хороша, но отнюдь не той красотой, которая всегда его привлекала. Он
спросил, как ее зовут и чего она хочет.
Она назвала свое имя. Циала. Это ему ничего не сказало, тогда гостья,
смело глянув ему в глаза, добавила:
"Вспомни смерть Анхеля". И он вспомнил.
2869 год от В.И,
Вечер 10-го дня месяца Волка.
Арция. Эльта
Рауль впервые видел этот высокий, похожий на башню утес с моря. Эльтова
скала дала название городу, в котором
осели жители Эланда и Гверганды, не пожелавшие искать счастья за морями или в
метрополии. Четыреста лет назад море
медленно, но верно стало пожирать сушу, стало ясно, что Эландский полуостров и
Побережье до Зимней гряды обречены.
Правивший тогда Этьен Четвертый предложил эландцам и жителям Гверганды на выбор
любые свободные земли, а калиф
Вахид - Берег Бивней, некогда захваченный атэвамиу черных племен. Именно туда и
увели свои корабли последние
паладины Зеленого храма, предпочтя союз с язычниками обществу изрядно
усилившихся антонианцев.
Странный союз извечных врагов, ставших после Войны Оленя союзниками,
оказался на удивление крепким. Вот
уже три сотни лет Берег Бивней, превратившийся в настоящий бич для флотилий
ортодоксов<Ортодоксы - представители
образованных равноапостольно" Циалой воинских формирований Церкви, призванные
следить за соблюдением Запретов, в
частности за тем, чтобы корабли не пересек Запретную черту>, сторожит южные моря
от чужаков. На север потомки
эландцев отчего-то смотреть избегали, редко заходя дальше Мирии, где продавали
заморские диковины арцийским купцам.
Болтали, что эландцы окончательно погрязли в ереси, то ли вновь вернувшись к
своим старым богам, то ли вовсе вбили себе
в голову, что их дело дождаться своего сгинувшего за Запретной чертой вождя. В

видевшие Тагэре в деле, они вряд ли бы поверили, что герцог станет тупо переть
на баррикады, оставляя у их подножия
раненых и убитых. Шарло всегда берег людей и был знаменит неожиданными и
непредсказуемыми действиями. Ифранцы
это знали, Фарбье - нет, что его и подвело.
И все же бой был хорош, Рауль получил истинное наслаждение, выйдя в тыл
этим индюкам. Даже жаль, что все так
быстро кончилось. Непонятно только, чего это Шарло такой хмурый, все прошло
лучше не придумаешь.
Виконт Тарве подъехал к герцогу, задумчиво теребящему золотую рыцарскую
цепь. Тагэре быстро повернулся.
- Рауль, ты знаешь, кто погиб?
- Откуда? - Тарве пожал плечами - Хотя "погиб" - это громко сказано,
убитых всего ничего. Я проехался по городу,
прибрано, как в праздник.
- Ты знаешь, кто именно убит? - В голосе Тагэре зазвучал металл.
- Да говорю тебе, что не знаю, - начал закипать Рауль, - а что случилось?
А, понял... Пленные говорят, с ними был
твой прекрасный Пьер, Но он вроде как на улицу носа не казал, так что если
поискать...
- Уже ищут. Рауль, скажи честно, это ты приказал всех перебить?
- Да кого "всех"?! - Тарве уже ничего не понимал. - Кто погиб в драке,
тот погиб, но это слезы. А пленных никто не
убивал.
- Точно?
- Прикажешь поклясться?
- Да нет, - махнул рукой Шарль, - я тебе верю, не хватало еще друг другу
врать... Но вообще-то дело плохо. Убиты
все пятеро.
- Кто?! - Рауль ошалело уставился на Шарля, и тот вздохнул с видимым
облегчением.
- Прости, теперь вижу, что не ты. Жан Фарбье, герцог Лагский, оба Стэнье,
Артур Гартаж.
- Все?!
- И вдобавок Лиффо, Пер, Эж и человек двенадцать их сторонников. Я не
верю, что они убиты в битве. И никто не
поверит. Всего погибло не больше сотни, и среди них пятеро наших злейших врагов.
Они, как ты понимаешь, отнюдь не
сражались в первых рядах. У всех у них есть родичи и прихвостни, а у Гартажа
даже друзья. Нам не отмыться, не стоит и
пробовать.
- Мы были готовы к войне.
- Да, но мы защищались. А теперь для всех мы убийцы. Да, некоторых
покойников, мягко говоря, в Арции
недолюбливали, но от этого не легче. Ну что там, Жанно?
- Монсигнор, - молодой нобиль не скрывал радости, - мы нашли Пьера. Он
жив.
- Где он?

давно считал Арцию своей родиной и не терпел высокомерную и визгливую Агнесу и
братцев Фарбье.
По мнению бывшего вора, являвшегося большим поборником чистоты крови, на
арцийском троне мог сидеть лишь
настоящий Волинг, каковым являлся Шарль Тагэре. Мириец знал от своих мунтских
приятелей, как герцог вел себя на
эшафоте. Вряд ли, бросая смертельный вызов синяку, Шарло думал, что навеки
покоряет сердца честных воров и
разбойников, но это было именно так.
Габриэль был редкостным счастливчиком, жившим в ладу с самим собой, ибо
делал то, что ему нравилось, для
человека, который ему нравился, во имя дела, которому он симпатизировал, и к
тому же за очень хорошие деньги.
Эстель Оскора
Я все-таки вспомнила, что случилось с Анхелем, когда тому было около
пятидесяти. Возник заговор, который
возглавил сын бывшей подруги императора, утверждавшей, что это ребенок Анхеля.
Сам он это отрицал, заговор быстро
подавили, зачинщик погиб, что сталось с женщиной, было неясно. И еще менее ясно,
чем это могло мне пригодиться.
История то ли с бастардом, то ли нет никоим образом не объясняла слова,
сказанные принесенным в жертву клириком,
говорившем о первом и последнем грехах.
Я не столь уж и хорошо знала Книгу Книг, но про первый грех, совершенный
людьми, за что их навеки лишили
полного счастья и изгнали с райского пастбища в открытый всем бурям мир, не
слышал только глухой. Сыр-бор разгорелся
из-за того, что подруга первого человека, желая ему понравиться, украсила свои
волосы розами с запретного куста. Своего
она добилась, но какой ценой! Умом эта сказка не блистала. Представить себе
Высшую Силу с замашками скаредного
горожанина я не могла, даже когда была человеком, чего уж говорить обо мне
теперешней!
Книгу. Книг явно писали в мире без богов и без высоких чудес, настолько
небожители в ней походили на людей,
причем далеко не лучших. Капризные, обидчивые, подозрительные, мелочные и
мстительные, они только и делали, что
устраивали никому не нужные испытания, наказывали за малейшие провинности и тут
же прощали настоящие
преступления, если преступник догадывался попросить прощения не у тех, кого он
погубил, а у Творца и его слуг. Но среди
кучи словесной шелухи порой прорывались вещи, весьма похожие на пророчества.
Так, например, утверждалось, что мир
людей будет существовать между Первым грехом и Последним и что после совершения
оного земля будет отдана на семь
месяцев, семь дней и семь часов Антиподу<Антипод - церковное название диавола
как противоположности Творца.>, после
чего наступит Конец Света с последующим загробным судом.

рассмеялся, словно не было страшных и
пустых последних лет, в этот миг он был свободен и молод.
Первые выстрелы были самыми опасными, но пропали впустую. Готовившийся к
этому мгновенью с утра
оруженосец быстро надел на голову сигнора шлем атэвской работы, а вроде бы
ничего не подозревавшие воины схватились
за мечи и арбалеты. Они не стали бестолково топтаться на дороге, а сразу же
развернули коней в сторону леса.
2866 год от В.И.
Вечер 16-го дня месяца Лебедя.
Арция. Лесной тракт
Рауль Тарве безумно боялся. Боялся, что разбойники или разгадают их
замысел, или в последний момент струсят и
передумают, а для виконта эта стычка была дверью в большую войну, которая сметет
с тела Арции лумэновскую плесень.
С того самого мгновенья, как отряд Шарля Тагэре перешел через починенный
мостик и углубился в лес, любимый
внук старого Этьена дрожал от охотничьего азарта, как хорошая гончая. Когда же
слева раздался голос неуместной в густом
лесу кампанки<Кампанка - певчая птица, гнездится в рощицах, небольших врелесках
и садах, известна тем, что поет до
осени.>, Рауль почувствовал себя заново родившимся. Виконт с дружинниками,
стараясь не шуметь, двинулись к тропе.
Тарве знал, что с другой стороны подходит его родич и тезка с эльтскими
стрелками. Нет сомнений в том, что они одолеют
разбойников и возьмут пленных, но все равно нужно спешить. Первой жертвой Рауля
оказался худой рыжеволосый
разбойник, якобы охранявший лошадей. Бедняга сидел под кустом лещины, яростно
воюя с комарами и напрочь забыв о
том, что случаются враги и покрупнее. Его можно было брать голыми руками, но
Тарве от избытка чувств все-таки слегка
придушил пленника и, поручив его вместе с захваченными конями заботам десятку
возмущенных такой несправедливостью
воинов, устремился вперед. Как бы ни был Шарло готов к бою, ему и его людям
сейчас несладко. Не стоило все же так
отделяться от дороги, эскотские наемники не рыси и не волки, а люди, они бы их
не учуяли, можно было и поближе
подойти. Несмотря на то что отряд шел быстро и тихо, Раулю казалось, что они не
успевают и к тому же шумят, как стадо
кабанов. Да еще ветер дует от них, а не к ним! Две десятинки затянулись до
бесконечности, а потом он услышал
возмущенное конское ржанье, звон металла, а затем и чью-то отборную брань.
Успели!
В придорожных кустах вовсю кипел бой. По тропе металось десятка два
лошадей, чьи всадники предпочли
сражаться пешими. Люди Шарло группами по несколько человек умело отбивались от
наседавших на них воинов в зеленых
и коричневых туниках, надетых поверх легких доспехов. Тарве увидел Шарля,

постелью, полными сундуками,
вкусной едой и умными разговорами о делах минувших, а сейчас до этого было
далеко. Мало того, что ифранская дура и
кошкин сын привели страну на грань гражданской войны, они вознамерились убить
Тагэре! Этого им точно не простят, а
вместе с ними утонут все, кого держат за слуг Лумэнов, что бы те при этом ни
думали.
О том, что затеяли Агнеса с Фарбье, барон узнал от одного из своих
многочисленных прознатчиков из числа
дворцовых слуг, которых командор Мунта давно и щедро подкармливал. Якобы
глуховатый и туповатый старый истопник
услышал как временщик отдавал странное приказание одному из командиров эскотских
наемников, ошивающихся при
дворе. Старик передал разговор почти слово в слово, и Обен понял что те должны
перебить некий отряд на дороге между
Лагой и Мунтом.
Эскотец со своими головорезами исчез, и тут же Агнеса сменила гнев на
милость и позволила дурачку Пьеру
написать письмо, слезно умоляющее Шарля Тагэре приехать в Мунт, где его другу
вовсе худо и одиноко. От себя же
ифранка дописала, что разрешила Пьеру встречу, так как он вновь находится на
грани помешательства.
Сопоставив полученные сведения, Обен сообразил, что приглашение -
приманка и что Тагэре в пути поджидает
банда разбойников. Ничего более умного Агнеса и ее "Святой Дух" не придумали.
Барон так и не понял, как в прошлый раз
полубольному Шарлю удалось вырваться из ловушки, но Фарбье, видно, об этом
забыл. Самоуверенные уроды! Обен
нахмурился, затем махнул рукой и отправился обедать.
Перекусив всего ничего - полпирога да утку, и то сказать, от таких
новостей кусок в горло не пойдет, Трюэль,
вздохнув, уселся за слишком маленький и изящный для такой туши письменный стол и
написал виконту Тарве. Рауль его
не выдаст ни нарочно, ни нечаянно. Барон нюхом чуял, что, случись что с Шарлем,
сворачивать голову Лумэнам будет не
кто иной, как его старший племянник. В парне уже сейчас чувствовались немалая
воля и ум, да и бойцом Рауль был
отменным. Чего один только последний турнир стоил! Барон Обен Трюэль расплылся в
непроизвольной улыбке, вспомнив
рожи Агнесиных любимчиков, выбитых из седла копьем виконта. Да, Рауль именно
тот, кто нужен и ему, и Арции.
Шарль, говорят, стал каким-то осенним, погас, хотя делает то и так, как
нужно. Может, болен, но скрывает? Если
так пойдет, то через несколько лет партии Тагэре будет нужен новый вождь.
Конечно, у герцога славные сыновья, по
крайней мере двое старших. Из среднего еще непонятно, что выйдет, а младший -
калека, его можно со счетов сбросить. Но
Филипп и Эдмон еще мальчишки. Рядом с отцом они на высоте, а сами пока мало что

во главе с королем и нашли только к вечеру, когда Его Величество впал в отчаянье
и вновь принялся говорить про каких то
кошек, которые обманули и его, и Шарло. Дуся оказался королевском кабинете.
Бедняжка забился в самый дальний угол и
совсем потерял голову от страха. Пьер попробовал взять своего питомца, но тот
громко пискнул и впился хозяину в палец.
Пошла кровь. Пьер вне себя от боли и обиды, высоко подняв окровавленный палец,
заливался слезами, но не подпускал к
себе спехом вызванного медикуса. Тот, разумеется, собрался налить ему на руку
пахучую гадость, от которой щиплет. Так
уже было, и не раз. Больше они его не обманут!
Воспользовавшись суматохой, виновник несчастья вновь скрылся за
позолоченной гнутой ножкой бюро. Слуги,
переглядываясь друг с другом, из последних сил сохраняли невозмутимость.
- Что здесь происходит? - низкий резкий голос принадлежал королеве.
- Ваше Величество, - с чувством произнес медикус, - Его Величество укусил
хомяк, я должен обработать ранку, но
Его Величество мне не позволяет.
- Какие глупости, - пожала плечами королева и повернулась к слугам, -
выйдите все вон. К тебе, Варше, это не
относится.
Слуги поспешно ретировались. Связываться с ифранкой, да еще в отсутствие
регента, не хотелось, а Агнеса
подошла к супругу и властно потребовала:
- А ну замолчите и давайте руку!
- Не дам, - глотая слезы, взвизгнул король, - не смей меня трогать.
Шарло! Где Шарло?!
- Шарло уехал, - отрезала королева, - и велел вам меня слушаться. Давайте
руку!
- Неправда. - Лицо короля сначала залила бледность, а потом оно покрылось
красными пятнами. - Шарло не мог...
Он обещал... Кошки...
- Не сметь говорить о кошках. - Агнеса нагнулась к Пьеру и тихо прошипела
ему в лицо: - Еще одно слово про этих
тварей, и я выброшу всех твоих мышей. Всех до единой! Понял? Руку!
Король всхлипнул, но послушался.
- Обработайте ему рану и уходите, - велела ифранка медикусу. - а вы не
вздумайте дергаться и кричать.
Врач торопливо сделал свое дело и пуганым зайцем мет-чулся за порог. Ее
Величество проводила его взглядом и
повернулась к супругу:
- Где эта мышь, которая вас укусила?
- Под... под столом.
- Варше, - бросила Агнеса, - немедленно найдите эту гадость и уничтожьте.
Она может быть больной.
- Нет! - закричал король. - Дуся не виноват! Он потерялся. Он испугался,
он меня не узнал... Я не дам!
- Да кто вас спросит.

за этих фантомных кошек. Он
признал, что это был сон, значит, его нужно либо признать вообще слабоумным,
либо восстановить в правах.
- Золотые слова, - вздохнул Обен, - Генеральные Штаты можно собрать не
раньше осени. Нужно поговорить с
Евгением и габладором<Габладор - председательствующий на заседаниях Генеральных
Штатов. Избирается из числа
наиболее уважаемых выборных.>. С этой свистопляской нужно покончить раз и
навсегда.
- Я собирался завтра выехать.
- Значит, не поедете. Вы хоть понимаете, что поставлено на карту?
Сдается, что нет!
2864 год от В.И.
Вечер 28-го дня месяца Лебедя.
Арция. Мунт
Пожилой, но все еще красивый менестрель отложил гитару и с шутливой
галантностью поклонился хозяину
таверны, поставившему перед ним вино и сыр. Мэтр Тома высоко ценил мастерство
своего гостя и ничего не имел против
того, чтобы навеки приютить его под крышей "Щедрого нобиля" в благодарность за
песни. Анн был благодарен, но никак не
мог навсегда распрощаться со своими странствиями, хотя всякий раз заверял
трактирщика, что на старости лет с радостью
примет его замечательное предложение. Старость, однако, никак не могла угнаться
за шустрым певцом. Анн исчезал и
появлялся, всякий раз привозя с собой новые песни. Дарнийские баллады о морском
скитальце, от которых по спине бежали
мурашки, страстные любовные серенады мирийцев, родившихся с солнцем в крови,
томные ифранские, мрачноватые
эскотские, разгульные оргондские песни - все, к чему прикасался менестрель,
словно бы обретало новое рождение. Анн был
находкой для любого трактира или корчмы, но он хранил верность "Щедрому нобилю",
в котором его некогда приветили.
На этот раз певец порадовал собравшихся бархатными фронтерскими напевами,
потом бережно убрал гитару в
видавший виды чехол и принялся за трапезу. Завсегдатаи "Щедрого нобиля" знали,
что заставить Анна петь тогда, когда он
не хочет, невозможно, и постепенно вернулись к своим делам и разговорам. Сначала
бард поглощал свой обед в
сосредоточенном одиночестве, потом к нему подсел человек средних лет в
запачканной красками блузе. Художник и
менестрель всегда найдут, о чем поговорить, хотя разговор именно этих двоих
многим показался бы странным, если не
безумным. Впрочем, их никто не слушал, незачем было.
- Что случилось? - Безмятежное лицо Анна совершенно не сочеталось ни с
его словами, ни с тоном, которым они
были произнесены.
- Даже не знаю, что тебе сказать, - художник задумчиво уставился на свои

Илларион не торопился, дав гостье время прийти в себя. Наконец Диана с
видимым усилием отвела взгляд от
отрешенного лица Судии Кастигатора и повернулась к епископу.
- Ваше преподобие, у меня нет слов...
- Вы согласны, что храм должен быть восстановлен?
- Безусловно, но...
- Я знаю, что недавно вы обновили росписи в главной базилике вашей
обители. Конечно, никакой из ныне
живущих художников не способен сотворить что-то подобное, но из того что есть,
вы нашли лучшее. Я хотел бы пригласить
вашего художника восстановить недостающие фрагменты. Кроме того, эти фрески,
хоть и великолепно сохранились, явно
ровесники Мунта и святейшего Амброзия, теперь каноны несколько изменились. Храм
необходимо дополнить
изображениями наиболее чтимых святых Арции. Я рассчитываю на вашу помощь,
бланкиссима.
- Ваше преподобие, Клемент будет здесь завтра же утром.
2864 год от В.И.
8-й день месяца Лебедя.
Арция. Тагэре
Письмо было вежливым и коротким, а чего она ожидала? Их примирение было
не более чем договором, ночь,
которую Шарль провел в ее спальне перед отъездом в Мунт, не оставила никаких
иллюзий. Он и впредь будет выполнять
супружеские обязанности, а у нее будет звучать в ушах его голос, обращенный к
другой. Шарль обещал, что не будет
встречаться с Делией, разве что на семейных сборищах, и Эста не сомневалась, что
он сдержит слово, но это было слабым
утешением. Он даже не пытается пригласить ее в Мунт, пишет раз в кварту,
ссылаясь на обилие дел, и в основном о том, что
должно быть сделано. Точно так же он отдает распоряжения капитану замка и
эркарду Эльты. Раньше Эста гордилась тем,
что наряду с мужем участвовала в управлении Тагэре, теперь она поняла, как
ошибалась. Ее знания и заботы не шли дальше
замковых кладовых или, в лучшем случае, устройства Зимних Празднеств<Зимние
Празднества - уцелевшая со Старых
времен череда праздников, изначально включающих в себя кварту до дня Зимнего
Солнцестояния и кварту после. Церковь
лишь сдвинула их на одну кварту вперед, сделав кульминационной точкой день
рождения святой Циалы.>, а все держалось
на плечах Шарля, который успевал, кажется, везде.
Герцогиня помимо воли почувствовала гордость за мужа и одновременно
злость на него. Она помнила, какими
унылыми показались ей северные земли, когда она приехала сюда из плодородной
Фло. Заброшенные поля, ожидание
набегов из Эскоты, лесные разбойники, воюющие с контрабандистами... Теперь
Тагэре процветает. Если Шарль победит, то
же будет и по всей Арции, но она-то останется не у дел! Ей думалось, что она